Леонид Агутин: Я — подкаблучник, но сел на цепь с удовольствием!

Леонид Агутин

Известный певец признался нам в своих капризах, как пробился на сцену, почему стирает и убирает в доме вместо жены Анжелики, скучает за ее косметикой на гастролях и с чем собирается в Киев.

— Леонид, без обид, но я представляю вас лишь с гитарой, на пляже…

— Да? А вот на пляже я и не выступал. А так — на любых площадках. Но для меня важны три вещи — чтобы хорошо звучало, народ был настроен положительно и сразу мог воспринимать. Так, чтобы купили билеты и пришли конкретно на мой, ой, на наш концерт с Анжеликой… Часто говорю «я», а не «мы», и жена обижается, ведь мы — семья и выступаем вместе. И третье — чтобы мои условия были соблюдены, в смысле гонорара и быта.

— Хотя на вас организаторы не жалуются, экзотики не требуете…

— Я абсолютно неприхотливый. Мне надо темные занавески, кондиционер, чистое белье, душ, поесть что-то, и все. Самый мой большой каприз — чтобы был живой звук. Хотя некоторые считают, что из-за этого у меня будет фур огромное количество, но их ровно столько же, сколько и у тех, кто поет под фонограмму. Я, кстати, в Киеве давненько не был. Хочется привезти вам что-то совсем новое, интересное. Вот как мы делали зимой на Кубе на Кафедральной площади концерт с Орландо Валле «Марака» — это кубинский джазовый флейтист, а потом и в Кремле. И хочется показать концерт для больших площадок. Может, осенью приеду к вам…

— Вы как-то обмолвились, что и раньше, и сейчас — всегда тяжело пробиваться на сцену… Как это было у вас?

— У меня это был долгий, постепенный процесс. С площадки — на площадку, с маленькой — на большую. Но надо не сильным мира сего доказывать, что имеешь право петь в популярной передаче, а чтобы люди тебя принимали. А деньги, клипы — все это ерунда. Кстати, в свое время я много наснимал видео, а сейчас, может, одно в год выходит. А зачем? Вы посмотрите, на том же американском MTV часто показывают Стинга? Последняя его песня, это была «Роза в пустыне», крутилась, наверное, еще восемь лет назад. Тем не менее, это не влияет на его популярность. Главное — люди в зале.

— Но никто не отменял покровителей, как и неприятие новичков, в шоу-бизнесовой тусовке…

— Да, есть артисты, которые могут ревновать и завидовать, не хотеть этой конкуренции. А есть люди, которые делают телевидение и им наплевать, кто тебя не любит. Главное, что ты — популярный в народе. Но чтобы впервые выйти на сцену и сразу понравиться — надо быть необычным, должна быть фишка. Много делает и свита артиста. Хотя тому же Киркорову никакой директор не нужен — он сам соображает лучше всех! Когда надо выступить на «Евровидении» или спеть в дуэте с кем-то. Я вот играл с Ал Ди Миола, а Басков, например, выступал с Кабалье. Но на какую-то пошлость я бы не пошел и того, кто бы мне помог, не искал. Сам понимал, что надо идти вперед. И вот идут годы, я взрослею, старею, и не могу же постоянно скакать мальчишкой. И дело даже не в том, что не могу, а просто не хочу. Хотя, если просят, то «Хоп-хей…» исполняю.

— А вам самому не надоел этот образ босоногого парня?

— Это не образ уже давно. А вот если бы я выступал под фонограмму, то меня бы давно уже стошнило. Ну как петь под голос, который записан 15 лет назад! Он же меняется, да я и сам уже другой человек. Когда начинал, то был, считай, ребенок, 23 года. А сейчас мне 42. Я пою по-другому, столько всего другого сочинил. Это не тот маленький мальчик, который выехал впервые за границу — в Грецию — и обалдел, что там акустические гитары продаются прямо в магазине и их не надо доставать. И сейчас я — человек, который колесит по миру, живет то в Москве, то в Майами, работает на известнейших студиях и выступает на мировых джаз-фестивалях.

— ¬ Вас не увидишь ни в блестках, ни в стразах, а было ли у вас когда-нибудь желание эпатировать?

— Привлекать внимание хочется. Но я все равно переодеваюсь из одних джинсов в другие. Конечно, можно со стразами… Но мне это не идет, это не мое. Я даже костюм одевал всего два раза в жизни. Мы с Анжеликой, когда были в Монако, ради одной вечеринки на теплоходе, решили обновить свой гардероб. Решили, что надо мне хоть раз в жизни одеться как те люди, которые приходят к нам на концерт. В общем, почти на вес наш гонорар купили себе вещи – я костюм ¬– бежевый в тонкую полоску, галстук и туфли, а жена платье и сумочку. Продавец был счастлив, ведь мы взяли все, что он нам предложил. Хотя сперва, наверное, думал про меня, вот мужлан приперся в уродских шортах. А знакомые, когда увидели меня в костюме, так смеялись – с непривычки и подкалывали: «Леня, это ты?». Ну с тех пор он у меня так и висит в шкафу. Хотя был и второй мой выход в костюме, когда нам с Вовой Пресняковым в каком-то проекте надо было сыграть мафию. А вообще глупо одевать на музыканта блестящий пиджак. Другое дело, когда на себя такое примеряет певец­исполнитель. Вот, например Киркоров, Леонтьев — могут одеть на себя все, что угодно – золотое, серебряное, да хоть меховый гольфик — и будет смотреться как надо. И именно такие люди могут быть артистами номер один, самыми популярными, самыми высокооплачиваемыми. Тот же Стинг никогда бы не стал выше Майкла Джексона. Потому что он работает в жанре авторской музыки. И я — автор¬-исполнитель и лучшее что у меня получалось – это сочинять песни. Меня как-то упрекнули, мол, ты же не попса, а почему выступаешь в эстрадных программах. А где еще их петь, чтобы услышали люди! Я не хочу пребывать в рокерском пафосе, мол, мы не эстрада, не попса. А кто? У нас же как: красивая девочка поет «я тебя люблю» — это попса, а нечесаный пьяный и в рваной одежде парень горланит «я тебя не люблю» – это рок.

— А для своей дочери Лизы хотели бы такой творческой судьбы?

— Да она сама придумает, какое ей надо будущее. Я же хочу, чтобы дочка была счастливой, здоровой, чтобы никто ее не обижал, чтобы она не плакала, а кем станет — неважно. А вот со слухом у нее проблемы, зато рисует Лиза потрясающе. Занимается в художественной школе, скоро в театральном колледже будет учиться. А еще снимает с подружками какие-то фильмы и сама монтирует их. Шучу, что скоро и клипы будет мне снимать. И, как ни странно, Лиза хорошо готовит, хотя ей только 11 лет.

— А этот талант от кого?

— Да и я очень люблю готовить, и жена. Хотя у нас так: за порядок в доме отвечаю я, а Анжелика — за кухню. Там у нее все идеально убрано, по кастрюлькам — первое, второе… пятое. Она успевает все приготовить перед концертом, видимо, сказывается украинская школа, у нас дома всегда борщи, драныки и все как я люблю. А вот вещи, наоборот, Анжелика разбрасывает, а я собираю, стираю, развешиваю. Меня это успокаивает. Я не люблю, когда вещи валяются. И знаете, мне на гастролях бывает так одиноко, когда вижу в ванной отеля всего три своих тюбика. Очень не хватает всех этих баночек жены. И наоборот, когда я дома, без Анжелики, захожу в ванную и вижу, что с женщиной живу, то сразу становится по-домашнему тепло. Я все эти ее женские подробности обожаю!

— Наверное, сильно скучаете и за дочкой, ведь с ней видитесь еще реже, чем с женой?

— Когда приезжаем к ребенку (Лиза живет в Майами с родителями Анжелики. — Авт.), то проводим с ней очень много времени. Хотя все равно испытываю неистребимое чувство вины за то, что мы бросили нашего ребенка в Майами, хотя это далеко не так. Мы довольно часто видимся, и вокруг нее там большая семья. Но у нас теперь другая проблема — с русским, который дочка начала подзабывать. У нас вообще с дочерью очень сложные взаимоотношения. Бесспорно, мы друг друга любим, но я ей нужен ровно настолько, насколько считает она. И я не лезу ей в душу, не пытаюсь разговорить, не проявляю насилия. Вот при встрече она кричит: «Папочка!» и повисает на мне. Говорит, что именно со мной ей надо куда-то съездить, сходить на плавание. Часа два побудет — и все — ей больше не надо. Потом звонит подружкам или запирается у себя в комнате и пишет какой-то рассказ на английском — очередную страшилку, такая себе Агата Кристи. В этом она очень похожа на меня — мне тоже надо личное пространство, время, чтобы заняться своими делами… И в душу я лезу только к себе.

— Знаю, что вы — очень эмоциональный, а дочь в угол ставите?

— Нет, ну что вы! Насилия над личностью не терплю. Но бывают моменты, когда ребенок, какой бы он ни был смышленый, а все равно может закапризничать. Тогда мне приходится наступать на себя и делать ей замечания, а ей это очень не нравится. Лиза меня за это начинает не любить. Еще такой характер ужасный — ничего невозможно показать. Вот она не умеет плавать, я ее хотел научить, но она не слушается, говорит: «Лучше побросай меня, как дельфинчики». А потом сама записалась на плавание, чтобы специально, когда папа приехал, показать, что уже умеет плавать. Но меня это не злит — сам такой! И точно так же своему отцу доказывал. Например, что смогу поступить в институт на режиссерский факультет — и поступил.

— А кем вас родители видели?

— Мама не очень хотела, чтобы я был музыкантом, ведь мой отец работал администратором в разных популярных песенных коллективах – «Поющие сердца», «Голубые гитары», «Песняры», и она видела много музыкантов. Закулисный мир довольно такой… в общем мать сыну не пожелает. А в союзе это вообще был единственный островок свободы. Хоть чуть-чуть. Сейчас внимание к артистам и лет 30 назад, когда письма слали мешками, повсюду толпы поклонниц, просто несравнимо. Приезжал в город какой-то ВИА и на тот момент — они были американцы: фирмачи, волосатые, с гитарами за спиной, при деньгах, пели «Битлз». Конечно, много алкоголя. Музыканты всегда пили много, да и вообще это бич творческих людей. Но не стоит ругать за это.

— Леонид, а вы с годами стали вести более здоровый образ жизни?

— Я, конечно, прошел через многое — врагу не пожелаешь. Курю ли я? Ну, бывает. Я вообще, знаете, завидую людям, которые пить не могут — например, у них аллергия. Это же счастье! А я как раз относился к тем людям, которые любое количество выпивают, вообще любое. И это ужасно, когда у тебя нет границы, нет меры. И ты вроде всегда нормальный, и тебе это не мешает работать, и в компании ты весельчак. И хорошо выглядишь до поры до времени, пока молодой. Вот так постоянно под газом и живешь. Потом проходит время, и ты понимаешь, что пьешь уже 15 лет. Но есть пределы любому организму. Начинаются отходняки, забываешь слова, идет деградация. Надо останавливаться. Дай бог, если у тебя есть семья, жена, которая может тебе помочь, или от природы ответственность перед детьми. И тогда не зашиваешься, не бросаешь, а учишься выпивать как человек…

— В кодировки, заговоры верите?

— Нет, это не для меня. Я же не такой человек, что терял сознание, забывал слова, срывал концерты. Я никогда в жизни никого не подводил, просто понял, что должен это делать как все нормальные люди — по каким-то праздникам. В нормальных количествах, не устраивая сумасшествие. Выпил — пошел спать.

— Леонид, а признайтесь, обижались, если кто-то со стороны говорил вам, мол, пить меньше надо?

— Конечно! Я обижаюсь. Ругаюсь. А потом сам про себя делаю вывод, и если человек прав, то стараюсь соответствовать этому. Я беру на вооружение то, что мне говорят. Но все люди, которые выпивают — все обижаются, когда им про это говорят.

— А кто у вас в семье построже?

— Анжелика моя! Но она очень красивая и умная. И я ее реально по-хорошему боюсь. Я не представлял, что мне такое достанется, что вообще в моей жизни будет такое. А еще не представлял, как и никто вокруг, что настолько буду слушаться какую-то женщину! У меня раньше разговор с дамами был такой: «Кругом, на месте!». Я по-другому с женщинами не общался. Не потому что не уважал, наоборот, я всегда относился и отношусь с большим трепетом, ценю, воспеваю. Просто командование собой не переношу! А жена очень мягко и потихонечку посадила меня на цепь. Но я на эту цепь сел с нескрываемым удовольствием. Я сейчас таким подкаблучником являюсь и скажу, что это меня совершенно не беспокоит: я слишком уважаю свою жену, чтобы меня это раздражало. Да я бы сдох уже давно без моей Анжелики! Поэтому могу ей говорить только спасибо, за то что она меня одергивает. Я же взрывной, глупость тяжело переношу, вот могу и послать, а потом часто бывает стыдно. Вот хорошо, если Анжелика рядом — она меня одернет, успокоит вовремя.

— Представляю, как вы ее ревнуете.

— Да еще как! Но не схожу с ума на эту тему: у меня все-таки больше философский подход к жизни. Женщины в этом смысле более умны, и если сходила налево, то мужчина никогда не узнает. Это мужики раздолбаи. Как говорила мне жена одного приятеля: «Мне можно, а ему нельзя. Он же, дурак, влюбиться может!». Но гоняться за своей женой или следить — бессмысленно. Мы живем уже 13 лет, и наши отношения держатся на близости и доверии. А вот я Анжелике даже поводов не даю. У меня жена настолько ревнивая, что даже боюсь в шутку что-то такое сказать или посмотреть. Это чревато…

— Как же вы уживаетесь с такими традиционными взглядами на эстраде среди нетрадиционалов?

— Главное, чтобы меня не трогали, ведь их действительно много. А на заре своей карьеры, еще в 91-92 году, когда я появился босоногим мальчиком, то многие сильные из мира шоу-биза решили меня проверить, типа: наш — не наш. Приглашали в гости, и уже там я понимал, что вокруг — лица только мужского пола и какие-то странные. Приходилось аккуратно, еще ж и не обидеть надо было, чтоб не нажить врагов, сбегать. Но перед этим объяснять: ребята, я против вас ничего не имею, просто еще в своих первых эротических снах я видел девочек, а не мальчиков. Если бы видел мальчиков, я бы себе врать не стал. Клянусь! Таких как я в шоу-бизнесе уже меньшинство, но они еще есть.

— Да вот вы и дружите, смотрю, с Владимиром Пресняковым, который недавно женился на Наталье Подольской…

— Это нормально — кружок по интересам. А Наташа — замечательный человек. Но для меня было важно, каково с ней Вовке. А он такой влюбленный, счастливый — и это главное. Он не может быть счастлив с плохим человеком, и мы же сошлись семьями, а там главное, чтобы жены ладили. Но Анжелика с Наташей тоже нашли общий язык.

— Леонид, а какие у вас мужские увлечения, и как вообще отдыхаете?

— Я вообще типа спортивный. Играю в теннис, на велосипеде люблю кататься, бильярд, ну, это скорее ночной вид спорта, хорошо бы с коньячком. В бильярде я мастер, бывает, с друзьями на деньги играем, но только не с Пресняковым. А с женой любим кино смотреть; когда сам, то много читаю, в основном исторические романы и беллетристику. А так — не компьютерный и не могу себя заставить. Люблю охоту, я же пограничник — стреляю хорошо, но жена не разрешает. Последний раз в Словакии убил кабана. Принес домой уже разделанного, вся семья ела две недели. Только жена ругала: «Ну как можно убивать!». Я ей объяснял, что этих свинюшек специально для охоты разводят. Причем, она, в отличие от меня, без мяса жить не может. А купить мясо в магазине — это нормально. Главное, чтобы не я убивал. Хотя дело даже не в жене — я сам, как увидел потухшие глаза этого кабанчика, то аж не по себе стало, до сих пор не могу забыть. Да ну эту охоту!

«ХОТЕЛИ УЕХАТЬ ОТМЕЧАТЬ В ВЕНЕЦИЮ, НО ОСТАЛИСЬ В МОСКВЕ С ДРУЗЬЯМИ И ШАРИКАМИ»

Леонид и Анжелика начали встречаться в 1997-м, но первое время все считали это пиаром, мол, «босоногий мальчик» и «Мадемуазель Ля-ля-фа» спелись ради раскрутки их новой дуэтной композиции «Королева». Но все стало понятно, когда в феврале 1999-го у пары родилась дочь Лиза (кстати, от гражданского брака с балериной Марией Воробьевой у Агутина есть дочь Полина). А в 2000-м Леонид и Анжелика расписались, укатив в свадебное путешествие в Венецию. Этим летом пара отметила 10 лет своей супружеской жизни. «Хотели опять поехать в Венецию, но не срослось, — рассказал нам певец. — Но все равно здорово погуляли в Москве. 16 июля у меня день рождения, 18 июля была годовщина свадьбы, а 20-го у мамы именины. Мы объединили все три праздника, погуляв 20 июля. Мне захотелось чего-то мещанского, ну мы украсили и вход, и дом розовыми и желтыми воздушными шариками. Даже немного по-жлобски получилось. Гуляли большой компанией, а потом Наташа Подольская предложила отпустить шарики. И вот мы ночью сначала отпускали вместе с шарами все плохое — и они дружно полетели налево. А потом загадали, чего хотим, и все шарики полетели направо — это что-то невероятное. Мы же редко устраиваем себе праздники, после концертов нам с Анжеликой, как у Пелевина, просто хочется сплестись хвостами».

РЯДОВОЙ ЗАПАСА И «БОСОНОГИЙ МАЛЬЧИК»

Имя: Леонид Агутин
Родился: 16.07.1968 г., Москва (Россия)
Карьера: певец, поэт-песенник, композитор

Родился в семье музыканта и педагога. Параллельно со школой он окончил и джазовое училище, а в 1993-м — Московский государственный институт культуры. Кроме диплома «режиссер-постановщик театрально-массовых представлений», Леонид — рядовой запаса пограничных войск и перворазрядник по классической борьбе. Агутин сказал нам, что его мама не очень хотела, чтобы он был музыкантом: «Мой отец работал администратором в разных популярных песенных коллективах: «Поющие сердца», «Голубые гитары», «Песняры», и она видела много музыкантов. Закулисный мир довольно такой… в общем, мать сыну не пожелает». Но в 1994-м вышел первый сольный альбом певца «Босоногий мальчик», а в 2008-м он получил звание «Заслуженный артист РФ».

Арина Шевченко

<a href=»http://www.segodnya.ua/interview/14162382.html»>Источник</a>